Опять мы тормозим с лекциями, но кысмет. Такова судьба. Толкаешь ее сзади, или тянешь ее спереди — все равно, движется она со своей скоростью.

Завтра постараемся выложить нашу запоздалую, но взвешенную реакцию по взрывам в Калиновке — как положено, опираясь на инсайды и прочие воскурения маниту. Возможно, не всем понравится — но тут уж звыняйте, пока гребешь к морю — то один берег реки ближе, то другой. Это не значит, что мы собрались к какому-то из них приставать. Нам не надо ни налево, ни направо. Нам надо вперед. Безусловно, кафедральный анализ происшествий не есть образец беспристрастности — но то, что вам нужно, вы наловите в реке сами.

Материала по тегу «250» больше, чем я ожидал — и очень часто он раскрывается с неожиданной стороны. Бесполезно даже записывать, надо просто ходить, смотреть, слушать и понимать.

А пока несколько снимков одного дня.

Отловили аватара. Пока есть водка и люди, в определенных местах они будут пересекаться, таков род человеческий, эта хуйня старше инцидента с Ноем и Хамом. Но реакция военных на пьяного-залетного, проходившего мимо базы, даже меня напугала. Так серийных маньяков-педофилов в Штатах ловят. Окружение, разоружение, еблом в газон, медосмотр, допрос, обыск, поиск командира — полный фарш.

Я за все время, которое провел здесь на постоянке, и даже включая волонтерку, первый раз увидел пьяного в форме. Один раз до сегодня — и то без формы, уже трезвого и покаянного: пацан выпал в город после сидения в расположении, накатил, пришел ужас от содеянного — сам пришел в госпиталь сдаваться и требовать на себя комендатуру. Мы его забирали потом из госпиталя в часть, потому что это наш боец, обозначил косяк сам по своей воле, без отлова, не набедокурил и реально осознал. Видел его потом, уже прощенного, в патруле. Ну что ж, армия — не наркология, она не лечит от зависимостей, а создает отношение к запрету. И если человек понял, что здесь и сейчас нельзя — и принял запрет, то армия сделала свое дело. Оступившегося поддержат. Но тех, кто не понял, и понимать не желает, армия отторгает, выписав прощальный тяжелый пендель. Пусть им дальше занимается милиция по месту прописки.

Первый раз увидел «закат солнца вручную» в исполнении комбата при разоружении алконавта. Примерно похоже на разборку работающего автомобильного двигателя голыми руками — успевай только отлетающие запчасти ловить. Вообще не понял — как он это делает. Стал сильно по-другому смотреть на этого доброго человека в «змеином» камуфляже.

Ну и понял значение выражения «зеро толеранс» — нулевая терпимость. Это еще на той стадии, пока «гостем» занимались наши, а вот когда приехали командиры самого «гостя» — я трусливо сдал представителям части изъятый автомат, отстегнутый магазин, патрон из патронника, разгрузку и две гранаты — и съебался, чтобы не видеть ужаса происходящего. Ибо от этого зрелища собаки воют, дети плачут, жены отворачиваются, а мужи тяжко вздыхают.

После каменного вопроса командира: «Нахуя я тебе оружие дал?» даже кошка Трешка заткнулась. Так судия смертных Минос в Эребе спрашивает — зачем ты жил на этом свете?

Мой вам совет: если вы попали в армию — не пейте. Вообще. Лучше, если терпеть невмочь, возьмите отпуск по состоянию здоровья родителей, отъедьте подальше от зоны, закройтесь в звуконепроницаемой капсуле и там тайком накатите банку пива. И не вздумайте потом показываться на людях. Потомушо ну его нахуй, шо потом будет. И сочувствия вы не найдете ни в ком. Ни у брата, ни у комбата. Никто вас не поймет, и никто не пожалеет. Они себя не жалеют — так с чего им жалеть дурных?

Не успели увезти несчастного аватара, как на соседнем участке (в дачном смысле, то есть через забор, а не через линию разграничения ответственности) трехсотнулся солдат, сжигавший мусор. Какая-то хрень попала в костер, бахнула, попала в бедро. Солдату не повезло, потому что ЧП случилось в пятидесяти метрах от Ветряной Горы и от дежурной «скорой». В итоге на кровь слетелись все ангелы, восседающие на Горе. Боец, когда попал в цепкие лапы трех экипажей одновременно, плюс батальонная медицина, решил что смерть его пришла — иначе, почему такая хоботня вокруг? — и начал стремительно бледнеть. Давление в норме, кровопотеря небольшая, мягкие ткани — а он аж синий от ужаса. Ну, примерно как Путин поперхнулся фисташкой, и его колотит по спине иконами 86% населения России во главе с патриархом РПЦМП.

Скорая ангелов унеслась в госпиталь, побив предыдущий рекорд сезона — 16 минут, но не повергла абсолютный рекорд в 12 минут (который, скорее всего, является вымыслом, бигме — ну нереально). Потом вернулась, потому что ей заступать на дежурство. Остальные транспорты ангелов — это шустрые полевые крысы, с болтающимися над носилками в салоне пакетами физраствора. Или угрюмое полноприводное бурчелло, отличающееся от БТР только отсутствием вооружения.

Не-не, еще не вечер. Фокс и Странник по дороге на пост чуть не наехали в потемках на гражданскую бабу, лежащую на дороге после ДТП. Баба, как водится, пьяная и ничейная, с разбитой головой. Водила, сбивший ее, уехал, оставив валяться на неосвещенном участке дороги, в ожидании колес первой же машины с ближним светом (потому что с дальним там не ездят). Бабе повезло — первой машиной была скорая «Ангелов Тайры». Разворот, осмотр, доклад — поиск готовой принять клиники, и понеслась машина обратно. И еще раз обратно уже на пост.

Так что гражданским тоже совет: вы тоже, пожалуйста, пока не пейте. Ну или дома сидите, если употребили. Хули мы тут стараемся, если вы сами себя не бережете?

Кажется, на сегодня — все. Хотя — «хуй его знает, товарищ командир»(с). Еще час до полуночи.

***

Война — энтропическое явление, многократно редуцирующее любые человеческие усилия по наведению порядка. Это еще Клаузевиц с Кэрроллом говорили. Один утверждал, что простое действие на войне требует десятикратных усилий, а второй — что надо бежать изо всех сил, чтобы оставаться на месте. Обыкновенный день, состоящий из обыкновенных событий, которые в мирной жизни почти не замечаются — мимо дома прошел подвыпивший гражданин, дворник убирает мусор, женщина перебегает дорогу — здесь набирает пиковые значения. Жизнь в прифронтовой зоне четко делит человеческую руду на металл и шлак.

Но за это положена награда. За час до конца этих ебанутых суток сидеть под аккумуляторным светом на веранде, над штилевым морем, жрать вкусный плов, приготовленный товарищами, пить горький чай, слушать по радейке успокаивающие четыре-пять-нули от наших панцирных носорогов с ВОПов, кормить тактическую кошку хрустящим тактическим кормом, и понимать, что: «Все в порядке» здесь обозначает дословно — все в порядке, друже. А не: «Отъебись со своими вопросами — как у меня дела, типа они тебя на самом деле интересуют…»

Если спрашивают — «как у тебя дела?» — значит да, их интересует.

Будет про Калиновку. Завтра. Если будет на то добрый день. А тераз — доброй ночи добрым людям — тем, кто спит в эту ночь, и тем, кто не спит, ради завтрашнего доброго дня.

Look Gorky