Кафедра не страдает репортерским синдромом. Это когда склевав новость, начинаешь бегать по улицам и приставать к прохожим «а вы знаете, что?..» Хотя сердце не железное, и когда плохая новость касается дорогих тебе людей, трудно удержаться от того, чтобы не начать метаться шо воробей по коридору, слать какие-то шорт-мессиджи и пытаться дозвониться на отключенные телефоны.

Но то так, все мы люди, и вздрагиваем от падающих предметов. Как правило, первый комментарий бывает нецензурным, и только потом начинаешь мыслить внятно. Так что мы тоже решили взять паузу до третьего дня, а уже потом высказывать свое мнение. Касательно покушения на Адама Осмаева, комбата ММБ имени Исы Мунаева, совершенного в Киеве российским террористом. Ну вот, собственно, и третий день, и Шехрезада начнет дозволенные речи.

Чтобы прикрыть сразу все репортерство, сообщу, что Амина, регулярно публикует информацию о состоянии Адама, все новости в другом месте. Кажется все идет на лад, и Молодой Волк скоро снова начнет наводить порядок и ужас. Его киллеру повезло меньше — я не знаю сколько сидеть верхней половине киллера по решению суда, но нижняя половина будет сидеть в каталке пожизненно. Мог бы, идиот, и погуглить — кто такая Амина, перед тем как идти на заказ. Она не для всех добрая.

***

Случилось то, что должно было случиться.

Трудно понять, почему этого не случилось раньше. Какими-то извилистыми путями до муртад-бека Всея Руси Кадыр-бабая дошло, что происходит вна самом деле вна Украине. Что формируется не очередной беспонтовый протест заграничного резерва молодежной горной путитишны, высланного за баксы в каледжи, и который при всем респекте к Путину демонстративно тусит в красных брюсселях и мокасинах. Нет, это уже какие-то другие вайнахи. Страшные и непонятные.

Что Украина стала новой точкой сборки казалось уже навсегда разгромленных и опрокинутых в небытие воинов Ичкерии, чьи могилы заложили разноцветной плиткой тротуаров «восстановленных городов». Что есть вайнахи, которые разгоняют московитский морок, наводимый на нас мокшанскими сказками про «злой чичен ползет на берег». И они не волокут микроволновки из брошенных хат, а волокут за горжеты брони наших раненых пацанов из-под Дебальцево.

Что, благодаря Исе Мунаеву — не только как амиру-военачальнику, но как имаму-учителю, собирающему свой рассеянный народ на теренах Нени для возвращения на Родину — произошло переформатирование понимание чеченца в Украине. Не хочешь, чтобы чеченцы относились к тебе, как к свинской русне — не веди себя как свинская русня. Все, это минимум. Не приходи пьяным и не лезь обниматься. Этого достаточно для первого знакомства. Дальше сам поймешь, и оценишь эту дружбу.

Что для вайнахов близок тот день, когда чечнецу не придется извиняться перед Кадыром за то, что он вчера перед ним не извинился.

Что постоянная перетуса батов и ЗСУ не хаотичное смыканье, она сеет зубы дракона для ханства-муртадства, объедняя кровеносные системы вооруженных сил, обмениваясь витаминами и выводя шлак. Мужество, верность — да, но и вертикальная дисциплина, отсутстие технобоязни и анархии, доверие не по родству, а по окопу. Не надо брать на себя лишака, мы не учим вайнахов воевать, они это умели это всегда. Мы сейчас все вместе плавим в общем тигле что-то новое, и это новое стало беспокоить Муртада уже не на уровне личной обидки, а на уровне инстинкта самосохранения. До него дошло, что украинцы и вайнахи третий год идут в связке, как альпинисты — то один протянет спутнику руку над пропастью, то второй подставит плечо, чтобы друг поднялся на вершину.

И что такой хе*ни, как натравить горскую дивизию на махновские тачанки, а потом пройти кирзой по их телам, собирая трофеи с обеих сторон, у рузоньской сволочи больше не получится.

Очередная «многоходовочка» закончилась пшиком, вместо двух миллионов вялой крысячьей популяции «путин приди увеличь каровам удой пенсии удвой», вычеркнутой из нашей демографии, мы боремся за включение в наш мир двух миллионов бойцов, самоотверженных для своих, и бепощадных для чужих.

Это не так просто, как дружить с «мышебратьями», у чеченцев непонятный язык, пишут они с «единичками», молятся по-своему и не любят панибратства. Но мы учимся находить общие ценности не по сказкам о мышебратстве, а по реальным делам. Этот размен хорош для нас, но плох для рузони, которая сейчас истерит на всех частотах «С кем вы связались! Это же бандиты! Они нас всегда обижали!»

Правильно обижали. Значит хорошие сапоги, надо брать.

«Это же какие-то упоротые чеченцы, с ним нельзя нормально договориться, вай!» Муртад-бек вытасквает нос из белого, и начинает звонить по золотому пистолету: «ей ты, как там тибя, скажи этому, как иво, что с тем, как ево там, надо что-то решать».

Один только раз солгал Иса. Когда говорил в ночном интервью, что он вернулся воевать, чтобы отдать долг народу Украины. Который, в свое время, пришел на помощь народу Ичкерии. Никому мы на помощь не приходили «в свое время», пялились в телевизоры и радовались «количеству боевиков, ликвидированных правительственными войсками». Теперь эта ложь во спасение горит на моей щеке, как пощечина.

Ни*ера мы тогда не сделали, честно говоря. А сейчас между нашими пальцами течет кровь вайнахов, и надо сжать кулак, чтобы она не лилась напрасно на землю Украины.

***

У нас кое-где все еще длится «никогда». Я не буду топырить пальцы, что хорошо разбираюсь в вайнахском вопросе, но понимаю некоторые проблемы украинских чеченцев. Которые заводят осторожных волков в такие ловушки с «французскими журналистами».

Скудость информационного поля, дефицит внимания, невозможность донести смысл своей миссии до аудитории, игнорирование в медиа — и тогда комбат выходит к «французскому журналсту», потому что украинским это не интересно.

Сколько я взаимодействовал с Аминой — а она, кроме того что врач, снайпер и водитель БМП, еще и пресс-секретарь бата, то есть отвечает за паблик-рилейшн — столько понимал, что в одиночку эту проблему нохчам не решить. Какие бы талантливые и отважные люди этим не занимались. Даже наша аматорская помощь оказывается неуклюжей и опасной. Я вчера говорил с Димой Комаровым, с которым мы пригласили Амину на «Трезвый Взгляд», и мы оба поняли — какая это была дичь, позвать Амину на прямой стрим, пока Адам два часа один ждет ее под домом в машине. Да еще залепив анонсами прямого включения все пространство. То есть — приходи, стреляй на выбор.

И тогда я понял, что на каждого зверя есть приманка. На сома — веслом по воде, на утку — манок, на лося — соль. На чеченского волка — предложение выйти в медийное пространство и объяснить свою позицию. Дать типа шанс отмыться от нечисти, которую на них выливает тоннами российская пропаганда, рисуя облик «злого чечена». И неуловимые волки идут под верняковые пули, потому что для них доброе имя и честь важнее жизни. Их ловят на благородстве, типичным москальским «выйдем пагаварим?» и стреляют в упор. Нет ничего проще — сначала облить вайнаха говном, потом сказать «адокаж!» и наазначить свидание с киллером.

Даже пытаясь помочь, мы ставим их под выстрел. Просто в силу неумения. В этот раз был «французский журналист», он недооценил Амину, но в другой раз будет «австралийский» или «американский», приученный ликвидировать предполагаемую охрану, независимо от пола, все документы у него будут в норме и легендирование будет железное, в традициях старой школы НКВД. А потом он спокойно уедет на велосипеде, на глазах обалдевшей публики — ищи ветра в поле. Ну, будут сильно выебываться — покажет им удостоверение участкового, много ли стоит ксерокс.

И мы снова ничего не сделаем. Потому что пассионарная партизанщина всегда уступает ленивым, но настойчивым регулярным войскам. А наши медийные регуляры просто положили на этот вопрос большой болт. Их больше интересует сенсация, типа «Дело Гии» или «покушение на Османова». Дальше спячка и евровижн, а еще умелец из Сум наладил выпуск вышиванок для котиков, после чего котик Светланы Лободы вместо «мяу-мяу» ся навчев казати «няв-няв». И прочие о*уительные новости нашего бытия.

После стрима лежал я в больничке, позвонила мне девочка из «Н-Й Файненшыл Таймс», попросила номер Амины для интервью. Лука им найти проще, чем пресс-секретаря батальона. Я уже тогда очканул, вежливо попрощался и перезвонил Амине — типа как? Давать контакт? Амина говорит — да! Это в контексте позорного дела Гии, когда иностранные юристы уделили больше внимания защитнику Украины, чем украинский суд. И слава Богу, что нашлась Ксения Проконова, божий адвокат хай-левел класса, врубившаяся в это безумное дело. Когда защитник Украины был задержан на территории Украины по линии Интерпола по требованию России.

Да, еще раз перечитайте по буквам. Украинский грузинский легионер был задержан в Украине по требованию России. Через Интерпол.

Ксения Проконова в принципе не работает бесплатно, но в этот раз она отстаивала право Гии защищать мордатых судей. Которые, благодаря защите Гии получают в один месяц столько, сколько Гия за пять лет войны.

Какого х*я мы тут вообще воюем, если через Интерпол Россия может задержать всю Украину?

Товарищ судья, у вас есть звание, пистолет и четырнадцать патронов — пиздуйте в окопы, вы там нужны. Товарищ полковник, это не ваша личная война, что вы меняете пленных российских диверсантов на всякое говно по своей прихоти, но если это ваша приватная война — то ведите ее за свои средства и меняйте на ГРУшников себя со своими детьми.

Товарищи комбатопутаты, стершие в Раде на жопе три камуфла, и сносившие пять депутатских галстуков на передовой, вы не знаете как легализовать легионеров? Подарите им один из своих двенадцати паспортов, только не предлагайте Вануату, Антакртиду и насеновский. Давайте я еще вас легализовать кэш поучу, типа вы сами не умеете. А потом вместе поедем бибикать на машинах против коррупции. Чем больше набибикаем на субарах — тем меньше будет коррупцыя.

И никакое СБУ тут не поможет, нохча вывернется из-под любой казенной опеки, чтобы донести свою правду, объяснить, что он тут не ради вкусных снегирей и бесплатных микроволновок, а потому что здесь и сегодня закладывается свобода, не только для Украины, но и для Ичкерии.

У меня горит на щеке пощечина Исы. В моей же стране вайнах учит меня как любить свою родину, а соотечественник — как ее монетизировать.

Где похоронен учитель Иса? Вы не найдете. Это место в тайне. Я туда приеду, при условии что буду один и без фото. Чеченцы не желают осквернения могилы, а мы даже не способны защитить ее. Завтра мы засекретим могилу Шевченко, камни на Роси и Карпаты.

Ну вот, с каких это пор мы стали настолько трусливы, что таим свои национальные святыни? Шото я не припоминаю, чтобы в Мордоре карамельный храм Василия-Сумасшедшего накрыли маскировочной сетью, а покемонам разрешали гулять по служдебным помещениям культового сооружения.

Раша камин, Форрестол. В Раиссе нет ни одного желающего застрелить нашего пан-геббельса Стеця. Он их вообще не пугает. Им нужен Адам. И я их понимаю, а вы?

Роиссянам, реально, насрать, они могут публично благословлять наемников, собравшихся убивать украинцев на центральной площади Екатеринбурга, и тут же требовать выдачи в Екатеринбург тех украинцев, которые против того, чтобы их убивали. Они же не по правилам играют, им все можно. Внаглую через РПЦ и театр Русской Драмы собирать деньги на убийство украинцев и требовать через Интерпол выдачи тех, кто не хочет оплатить стоимость патрона для себя.

Не, ну если вам по*уй, то им тем более. А чо тут такова, рви баян, гуляй Рассея! Страна без знаков различия не имеет знаков .

Амина, стреляй. Прошу.

***

Не знаю, чем закочится следствие, и каков будет официальный вердикт, но всем медийщикам произошедшее понятно, как два пальца. Игнорирование медийными каналами элементарных вопросов, завязанных на нужды страны, приводит к тому, что пытаясь себя позиционировать, легионеры вынуждены выходить под расстрел.У них нет других каналов коммуникации.

Вы же сами, медийщики, их призвали, когда земля шаталась, и не было понятно на какой канал бежать с трудовой книжкой, чтобы выжить. Теперь, когда земля просочилась и зацементировалась кровью, опять начинается Гордон-Юбилей-Бульвара, два Табачника (аккордеон и борода) и рассуждения о роли Булгакова в контексте Андреевского спуска. Вернитесь в реальность. «Тонкая красная линия» пульсирует кровью. Пока не вашей, да.

Я, благодаря науке пранкера Вольнова, по следам «кружевных трусиков» и утратив совесть после общения с редакцией МК и Стариковым, за четыре звонка дозвонился до Лободы, минуя директора по концертам, директора по регионам, еще б*ять какого-то директора, трех директоров по пудре и брасматикам, и вышел на персонаж. Как это получается, что силоконоебище более защищено медийным доступом,чем боевой комбат?

И уже начинается тихая вонь по закоулкам — а правомерно ли Амина применила оружие? Не в нее же стреляли. Надо было дождаться, пока у нее на глазах убьют любимого мужа, и только после этого сделать два предупредительных выстрела в воздух, зачитав миранду, а потом сдаться Интерполу по требованию России.

И поразительна реакция камуфлобатов из Рады, которые после покушения на брата по оружию, вместо четкой и однозначной реакции, поехали бибикать на модных мошынках против коррупции. У них нет системных врагов, пока Бабоюля не блокирует трибуну. Тогда они начинают кружить на субарах в другую сторону, выпятив по шесть прапорив з кожного викна, и блокировать навпаки. Три дня после покушения — и ни одного ответа «братьев-по наличке». Сыктым, сыктым, фортачка балак тырдым.

Я обращаюсь к своим коллегам из СМИ любого медиавектора. К тем, которые еще не утратили совесть. Пожалуйста, уделите больше внимания проблеме легионеров. Не надо бомбовых заголовков по следам трагических последствий «в очередной раз опять покинул нас». Проще, дайте им колонку раз в неделю. Или эфир раз в месяц. Или абзац в день. Я, в свою очередь, попрошу Гену «Айрон Лорда» прикрутить к стенделону нохчичайскую страничку, а пароли передам нохчичухам. Пусть пишут что хотят.

Покушение на Адама Осмаева — результат гражданского равнодушия. Мордатые судьи, 200к/в месяц за выроки против солдат, уебаны, грызущие от жадности сук, на котором сидят, даже не для того,чтобы покушать, а чтобы лопнуть. Нейтральные медиа «танцують усе, следите на нашем каналє за ачірідним мігашоу», Интерпол.ru. Комбатопутаты «всех вакруг миня паубивало, а я выполз в Раду істікая кров»ю», эрпэцэ-эмпэ «подайте на убиение хахлов», собирающие на ваши похороны среди Киева. Боевой комбат едет давать интервью по звонку «французского журналіста», но начальник ЖРЭО овеществляет прием два раза в год, с часу до двух. И всем по*ую.

Все.

Амина, отсыпь патронов, если есть лишак, як буде твоя ласка. Бо у меня нет третьей щеки, чтобы расплатиться с твоим народом. Будешь уходить в горы — позови. Я не такой умный, как депутанги, но могу, например, нести цинк с набоями. И совсем немного ем.

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook а также к каналу в Telegram и следите за обновлениям

Look Gorky