13 октября под украинским посольством в Будапеште представители венгерских националистических сил все же провели акцию «Самоопределение для Закарпатья». И это несмотря на протест Министерства иностранных дел Украины. Венгерская же власть фактически толерантно отнеслась к этому собранию, заявив о праве своих граждан на самовыражение.

Во время акции делались заявления, которые следует трактовать как призывы к сепаратистским действиям в Украине, а то и как территориальные претензии к Украинскому государств.

Конечно, можно «закрывать глаза» на эту акцию, на ее маргинальность. Но …

Мечты о «большой Венгрии»

То, что венгерские националисты мечтают о «большой Венгрию», не секрет. Ведь после Первой мировой войны Венгрия имела широкую автономию в составе Австро-Венгрии, потеряла значительную часть «своих» территорий. На самом деле, это были территории, где большую часть населения составляли представители других национальностей – хорваты, румыны, словаки, немцы, украинцы и т.д., которые, кстати, подверглись жесткой мадьяризации. Закарпатье венгерские националисты рассматривали и продолжают рассматривать как «свою землю». Тем более, что его земли во время Второй мировой войны были оккупированы Венгрией.

Сейчас, когда Украина переживает немалые трудности, связанные с войной с Россией, венгерские националисты активизировались и начинают выдвигать различные проекты по «защите венгров Закарпатья». Похоже, им помогает и российская агентура. Теперь, как видим, начинает разыгрываться карта «самоопределения для Закарпатья». И ставка делается на венгерское меньшинство.

Официально в Закарпатской области живет около 80% украинцев. Другое дело – каков их уровень национального сознания. Но это отдельный вопрос. Наибольшее по численности национальное меньшинство в области – венгры. Их более 150 000, что составляет около 12%. К тому же есть территории, где компактно проживают венгры. Это Береговский район, где они составляют около 76%. Около половины населения Берегово – тоже венгры. Также относительно высокий процент венгров есть в Ужгородском, Мукачевском и Виноградовском районах.

Венгры и во времена СССР, и во времена независимой Украины имели очень широкие права. Существовали школы с венгерским языком обучения. В 1996 году, в независимой Украине, в Береговом начал действовать Закарпатский венгерский институт имени Ференца Ракоци II, где, в частности, изучается венгерский язык. Кстати, именно в стенах этого учебного заведения я услышал термин «укромадьяры». И в это слово не вкладывалось оскорбительное содержание. Под ним понимались венгры, живущие в Украине и ментально, культурно отличающиеся от настоящих венгров.

Однажды судьба свела меня с «типичным» укромадьяром. Это был таксист. Вез он меня по улицам Берегова. Разговаривал на украинском – без акцента. У него лежал украинско-немецкий словарь. Не венгерско-немецкий! Я спросил, собирается ли он на работу в Германию. Он сказал, что да. Со своей стороны, я поинтересовался, есть ли у него шенгенская виза. «Зачем она мне», – сказал таксист, – «У меня есть венгерский паспорт. «Вы венгр?» – спросил я его. «Как вам сказать …», – сказал таксист. – Меня зовут Василий. Фамилия – не знаю, венгерская ли. Но семья считалась венгерской. И ходил я в венгерскую школу». Понятно, укромадьяр Василий легко сдал экзамен по венгерскому языку и получил венгерский паспорт. Таких людей на Закарпатье немало – не только венгров или укромадьяров. Ведь венгерский паспорт дает право не только свободно путешествовать по странам Евросоюза. В конце концов, многие имеют здесь так называемые «паспорта этнического венгра», которые им предоставляют ряд льгот – особенно по обучению в Венгрии.

Для чего нужны Венгрии украинские венгры?

Украинские венгры нужны Венгрии, прежде всего, как рабочая сила. Сейчас с ней проблема в этой стране. Несмотря на высокий уровень депопуляции, из Венгрии многие выезжают на работу в более благополучные страны Евросоюза, в частности в Германию. Венгрия даже сейчас готова брать квалифицированных специалистов из Украины без знания венгерского языка.

Территориальные претензии на «венгерские земли» Закарпатья, если найдут выражение в какой-то сепаратистской авантюре (что, в принципе, может произойти), обернутся в первую очередь против украинских венгров. Дело в том, что наиболее венгерский Береговский район живет за счет курортного бизнеса. Здесь есть термальные бассейны, которые работают круглый год. И целый год есть масса туристов. Местные венгры извлекают из этого неплохую выгоду. Ведь туристы не только купаются в термальных бассейнах, но снимают жилье, питаются, ездят на экскурсии и т.д., оставляя на месте немалые деньги. Причем это туристы не из Венгрии. Из Венгрии я видел здесь в основном «коммерческих туристов», которые приезжали в местные супермаркеты скупать дешевые товары.

Кстати, сейчас можно услышать и прочитать, что украинские венгры не знают украинского языка. В Береговом я этого не почувствовал. Когда обращался на украинском, местные венгры относительно легко отвечали мне по-украински. В отличие от Киева, где ты, обратившись на украинском, услышишь в ответ русский. Хотя старшие венгры преимущественно знают русский.

Преимущественно туристы в Береговом – это украинцы. И если начнется сепаратистский путч в этом районе, то пострадают в первую очередь местные жители, которые живут за счет туризма.

Честно говоря, не думаю, что украинские венгры озабочены идеей «большой Венгрии». Этим, скорее всего, занимаются некоторые венгерские политики националистического толка, и пытаются влиять на Закарпатье. Прежде всего на местные кланы, которые живут за счет приграничной контрабандной торговли. Венгерская сторона, похоже, готова предоставлять им определенные «приграничные преференции» в обмен на соответствующую провенгерскую политику на Закарпатье. К сожалению, это мы часто наблюдаем – особенно в последнее время. И проблема прежде всего в этом.

Однажды, находясь в Береговом, зашел я в местный краеведческий музей. Экскурсовод, местная венгерка, конечно, проводила экскурсию в провенгерском духе. В частности, рассказывала о том, как Берегово мирно, без единого выстрела перешло под Венгрию после пресловутого «Мюнхена», давшего старт распаду Чехословакии. Я иронично ее спросил: «А что было потом? И сколько пролилось крови?». Она задумчиво ответила: «Ну да…».

Петр Кралюк