Майор КГБ Андрей Молчан, который теперь ищет политического убежища в Швеции, в свое время лично расследовал дело о контрабанде нефтепродуктов на Запад. Осенью 2007-го белорусские таможенники арестовали партию нефтепродуктов под фальшивой маркировкой, принадлежащую витебскому предприятию «Чесс-бел». Началось расследование. Однако уже в декабре 2007 года первый вице-премьер Владимир Семашко обратился к Александру Лукашенко с письмом, в котором заступался за «Чесс-бел» и подчеркивал экономическую эффективность предприятия. Президент с доводами вице-премьера согласился: расследование было прекращено, суд с таможенниками «Чесс-бел» выиграл, а арестованная партия продукции вернулась на предприятие.

Улетая в Швецию, Андрей Молчан прихватил с собой документы по этому делу – заключения лабораторных экспертиз, переписку КГБ с белорусской и эстонской таможней, письмо вице-премьера Семашко Лукашенко и многое другое. Обо всем этом бывший чекист рассказал Шведскому радио, которое провело собственное журналистское расследование.

«Чуть-чуть обошли мозгами»

Сами по себе откровения офицера КГБ не произвели фурора в Беларуси – участие белорусских властей в контрабанде нефтепродуктов было чем-то из разряда общеизвестных фактов, хотя документальные доказательства этого раньше не публиковались.

В 2011-2012 гг. тема контрабанды нефтепродуктов на Запад была у всех на устах. На тот момент между Беларусью и Россией действовало соглашение, согласно которому таможенные пошлины на нефтепродукты, производимые из льготной российской нефти и экспортируемые за пределы Таможенного союза, должны перечисляться в бюджет РФ. Тогда внимательные экономисты, глядя на официальную статистику, заметили, что экспорт растворителей и разбавителей (беспошлинных товаров) внезапно приобрел невероятные масштабы – только в 2012 году в сравнении с 2011-м экспорт вырос на 77%. Одновременно Беларусь достигла рекордных объемов экспорта нефтепродуктов и имела рекордную валютную выручку от их продажи (суммарно – около 14,5 млрд. долларов). Валютные вливания в госбюджет от «растворительного» бизнеса позволили Лукашенко сравнительно легко преодолеть последствия катастрофического финансового кризиса начала 2011 года, когда белорусская валюта девальвировала в 2,5 раза.

Летом 2012 года феномен «растворительного» бизнеса обернулся скандалом – премьер-министр РФ Дмитрий Медведев прямо обвинил белорусское руководство в контрабанде нефтепродуктов под видом растворителей, оценив ущерб для российского бюджета в 1,5 млрд. долларов.

При этом сомнительный бизнес властей в белорусском обществе не слишком осуждался: он воспринимался скорее как удачный манёвр хитрого политика Лукашенко, который таким образом пополнил госбюджет и «развёл» Москву на 1,5 млрд USD. В личном обогащении от «растворительного» бизнеса Лукашенко и его приближенных не обвиняли, а Россию естественно никто не жалел. Сам Лукашенко комментировал ситуацию довольно двусмысленно – мол, ничего незаконного там не было, мы просто «чуть-чуть обошли мозгами» конкурентов.

Однако документы офицера КГБ и расследование шведских журналистов заставили взглянуть на тему контрабанды по-новому – совершенно неожиданно в этой схеме появились люди из окружения Владимира Путина.

Многоходовочка

Оказалось, что иностранное предприятие «Чесс-бел», за которое в 2007 году заступался вице-премьер Семашко, имеет российских учредителей – причем напрямую связанных с питерским криминалом. Предприятие стало резидентом Витебской Свободной экономической зоны в 2003 году – на тот момент её учредителями были «Chess Ltd» (Айдахо, США) и ЗАО «Чесс» (Санкт-Петербург, РФ).

ЗАО «Чесс» является дочерней структурой петербургского холдинга «Рось», основанного Юрием Гамилко, Александром Мардиным и Валерием Ледовских – приближенными лидера тамбовской ОПГ Владимира Кумарина-Барсукова. В свою очередь Кумарин, согласно информации некоторых российских СМИ, находился в приятельских отношениях с будущим президентом РФ Владимиром Путиным в петербургский период его карьеры. Сейчас криминальный авторитет отбывает в колонии 23-летний срок за убийство бизнесмена, а тогда, в 90-х, бойцы его ЧОПа охраняли кооператив «Озеро».

Но на этом связи с Путиным не заканчиваются. «Чесс-бел» гнал составы с нефтепродуктами в Прибалтику, где их покупали посредники — фирмы «Алексела Терминал» и «Евродек». Посредники перепродавали нефтепродукты крупнейшему энергетическому трейдеру Gunvor, соучредителем которого являлся Геннадий Тимченко – друг Путина, «король госзаказов» и один из самых влиятельных российских олигархов.

В 2014 году, после начала российской агрессии в Украине, США ввели санкции против Тимченко как человека напрямую связанного с Путиным. С точки зрения американского Минфина, у Путина есть инвестиции в компанию Gunvor и доступ к ее средствам.

До марта 2014 года Геннадию Тимченко и шведскому бизнесмену Турбьёрну Торнквисту принадлежало по 44% акций Gunvor Group. Санкции вынудили Тимченко продать свой пакет акций шведском партнеру, однако на могуществе друга Путина это никак не сказалось – его состояние только выросло, достигнув 16 млрд. USD. Сейчас Тимченко, который до прихода Путина к власти был малоизвестным бизнесменом средней руки, занимает 4-е место в российском списке Forbes и 59-е в мировом.

Нынешнее руководство Gunvor утверждает, что о происхождении нефти и нефтепродуктов ничего не знало и вся ответственность лежит на белорусской стороне. Белорусская власть неприятные для себя факты традиционно не комментирует. Генеральный директор «Чесс-бела» Михаил Кравцов все отрицает: с Gunvor он никогда не работал, а о существовании ЗАО «Чесс» и холдинга «Рось» ничего не слышал.

Кремлевские башни и кошелек «семьи»

Благодаря шведским журналистам и беглому чекисту пазл сложился окончательно: питерские коммерсанты, связанные с организованной преступностью, торговали с другом Путина через Беларусь. То, что выглядело, как государственная хитрость Лукашенко, оказалось совместным белорусско-российским бизнесом.

«Все нефтяные схемы, имеющие отношение к переработке нефти в Беларуси, безусловно, связаны с российским бизнесом. Беларусь, конечно, тут все не решает. И вообще, когда россияне говорят, что дотируют белорусскую экономику на 12-15% ВВП, то это не значит, что эти деньги действительно остаются в Беларуси. Это абсолютная неправда – это все делается в партнерстве с российским бизнесом. Причем, по моей информации, основная часть прибыли от этих сделок идет именно российской стороне», — утверждает в интервью LB.ua руководитель научно-исследовательского центра Мизеса Ярослав Романчук.

Парадокс заключается в том, что в 2012 году Дмитрий Медведев публично предъявлял Лукашенко претензии за контрабандный бизнес, в котором сама же Россия и участвовала. Впрочем, Ярослав Романчук не видит в этом ничего удивительного:

«В Кремле же не одна башня, в Кремле башен много. Просто схема приобрела настолько внушительные масштабы, что структуры, которые имеют другие должностные обязанности, в том числе наполнение бюджета РФ (правительство, Министерство финансов, Счетная палата и т.д.), возмутились, почему столько денег идет мимо бюджета. В итоге эта проблема даже вышла на уровень Евразийской экономической комиссии. Так что тут все понятно. Меня больше смущает позиция стран Евросоюза, которые вообще за все это время никак не прокомментировали данную схему, а продолжали молчать. Очевидно и в Латвии, и в Эстонии, и в других странах, где покупались эти «растворители», тоже были структуры, заинтересованные в таких схемах».

Характерно, что несмотря на публичные обвинения Медведева в адрес официального Минска про 1,5 млрд USD таможенных пошлин все в итоге благополучно забыли. В российский бюджет так никто ничего и не возместил, никаких санкции против Беларуси со стороны Кремля введены не были, а Александр Лукашенко в начале 2013 года заявил, что «этот вопрос с повестки снят».

«Выгоду от этой схемы получали все её участники. Андрей Молчан не сомневается, что деньги от контрабанды нефтепродуктов шли в кошелек «семьи Лукашенко», — рассказывает корреспондент телеканала «Белсат» Екатерина Андреева – единственная белорусская журналистка, которой удалось взять в Стокгольме интервью у беглого офицера КГБ.

«Конечно, у нас нет прямых доказательств – номеров банковских счетов или документов за подписью Лукашенко. Однако есть косвенные доказательства. Как только таможенники остановили состав с контрабандой, «Чесс-бел» сразу пожаловался напрямую президенту. Я не знаю частных компаний в Витебской области, которые сразу же жалуются президенту, а президент так оперативно реагирует и поручает разобраться. После чего руководство КГБ приказывает Молчану, как он сам утверждает, спустить расследование на тормозах. При этом только в установленных им эпизодах контрабанды белорусскому бюджету был нанесен ущерб в размере 2 млн долларов», — говорит Андреева.

«В Беларуси без согласия Лукашенко директора колхоза назначить не могут. Неужели вы думаете, что миллиардные сделки могут пройти без его ведома?», — добавляет Ярослав Романчук.

«Схема на 100% продолжает действовать»

После публичного скандала вокруг контрабанды нефтепродуктов летом 2012 года «растворительная» лазейка в законодательстве Таможенного союза была прикрыта – этот вид товаров стал облагаться пошлиной, в результате чего в следующем году Беларусь сократила их экспорт в 3 тысячи (!) раз. Однако это не значит, что в истории с контрабандой была поставлена точка. Например, уже совсем скоро эксперты обратили внимание на невероятный скачок экспорта битумных смесей, которых Беларусь стала продавать в 2 раза больше, чем производить.

Бывший офицер КГБ не сомневается, что контрабанда нефтепродуктов на Запад продолжается и сегодня по тем или иным товарным прикрытием.

«Молчан говорит, что таких предприятий, в том числе государственных, десятки – все они действуют по схожей схеме. Только некоторые из них закупают нефть не напрямую из России, а от структур концерна «Белнефтехим». В частности, офицер КГБ называл такие предприятия как «Полимир» (Новополоцк) и «Белнефтегаз». Возможно, «Чесс-бел» сейчас этим уже не занимается, однако схема на 100% продолжает действовать», — говорит в интервью LB.ua Екатерина Андреева.

Самому Молчану сейчас грозит депортация в Беларусь – в политическом убежище в Швеции ему отказали. Шведские органы безопасности посчитали, что он может представлять угрозу как представитель спецслужб страны-сателлита России.

«Я спросила Молчана, боится ли он повторить судьбу Александра Литвиненко? На это он ответил, что у КГБ не такие длинные руки в сравнении с ФСБ и заграницей ему ничего не угрожает. Хотя факты слежки за собой в Швеции он выявлял. Сейчас ему грозит депортация в Беларусь. Поскольку он имел допуск к государственным секретам и вывез оригиналы документов под грифом «секретно», в Беларуси его могут обвинить и в шпионаже и в разглашении госсекретов. До 15 лет может получить. Кроме уголовного преследования Молчан боится мести в отношении своей семьи, которая живёт в Беларуси», — рассказывает Екатерина Андреева.

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook а также к каналу в Telegram и следите за обновлениям