В минувшие выходные в Каталонии прошел референдум относительно независимости, вызвавший огромный резонанс в Европе и в мире. нашумел по всему миру. FB разрывался от количества новостей, фотографий, видеороликов и рассказов очевидцев с места событий. Власти Испании всячески старались противостоять проведению референдума, потому ситуация дошла до применения силы. Количество раненых превысило отметку в 900 человек, что является невообразимым для демократической Европы. Возник парадокс, когда, с одной стороны, в данной ситуации испанская власть своими действиями посягала на свободу граждан в выборе их европейского будущего. С другой стороны, в ЕС поддержали действия властей Испании, поскольку не хотят допустить процесс «парада суверенитетов».

Потому Европейская Комиссия назвала референдум незаконным и призвала обе стороны перейти к мирным переговорам. Сами же действия испанской полиции, ЕК назвала «внутренними» делами Испании. Сделано это было с целью снятия ответственности, ибо на внутренней политике государств у ЕС заканчиваются компетенции.

Почему же на столь жестокое и варварское обращение с участниками референдума, всё европейское сообщество отреагировало подобным образом? Ведь насколько мы помним по недавним событиям с судебной реформой в Польше, ЕК и ЕП в один голос утверждали, что действия партии власти «Право и Справедливость» нелегальны и подрывают демократические ценности ЕС. Каким принципом руководствуется европейское сообщество определяя, что есть демократично, а что нет?

В данном тексте я попробую на примере Польши объяснить, как на решение ЕК и ЕП повлияла именно внутренняя позиция каждого из государств-членов ЕС.

Министерство иностранных дел Польши 2 октября озвучило позицию Польши в отношении референдума в Каталонии: «Полностью уважая суверенность, независимость и территориальную целостность Королевства Испании, мы считаем, что произошедший референдум в Каталонии — нелегален и что действия испанской власти – это внутренние дела». Польскую власть можно понять, поскольку в Польше также присутствует регион с уклоном на сепаратизм — Силезия.

Для полного понимая ситуации необходимо введение в историю. Силезия славится достаточно красочным прошлым. Эти земли принадлежали Польше, Чехии, Германии, Австрии и т.д. Из-за этого в Силезии возник достаточно странный и непонятный для многих поляков диалект. Также там есть своя культура, костюмы и традиционная кухня, короче говоря, все признаки того, что называют идентичностью. И после Первой Мировой войны, и после Второй, сначала немецкие, а потом польские власти проводили перепись населения . Уставший от постоянных политических конфликтов и войн народ начал отвечать, что он тот, «кто заселяет эту землю». Именно так и выработалось название «силезиец». Стоит отметить, что после Первой мировой войны на референдуме, проведённого Лигой Нации в Верхней Силезии, часть жителей высказались за вхождение в состав Речи Посполитой, а другая часть, предпочла жить в Германии. После Второй мировой большая часть Силезии отошла Польше согласно договоренностей между Сталиным, Рузвельтом и Черчиллем на Ялтинской конференции 1945 года.

После развала советского блока силезцы никуда не исчезли. Наоборот, уже в современной демократической Польше у них появилось своё движение за автономию под названием «Движение за автономию Силезии». Оно действует и по сегодняшний день. В своё время, эта организация добилась, чтобы силезцев начали учитывать, как отдельную группу во время переписи населения. Так в 2002 году Польша зарегистрировала 173 тыс. человек, которые причисляют себя к силезцам, а во время переписи 2011 их было уже 809 тыс. «ДАС» добилось права указывать две национальности во время переписи населения, что позволило указывать второй национальностью «силезец». Данное движение всячески старалось получить статус национального меньшинства в Польше, но до сегодняшнего дня ему так этого и не удалось.

После столкновений испанской полиции со сторонниками независимости Каталонии, «ДАС» требовала, чтобы официальная Варшава осудила насилие в Барселоне. Но польские власти, конечно же, не захотели создавать прецедент, который в будущем может ударить по ним самим. Поэтому власти Польши заняли четкую позицию относительно референдума в Каталонии и поддержали власти Испании. Точно также, как многие другие государства ЕС, имеющие свои меньшинства, способные взорвать остатки Вестфальской системы.