Кремль провалил спецоперацию «Наш Трамп», а часть окружения Владимира Путина уже думает о капитуляции и путях ухода из Украины.

О ситуации вокруг Донбасса и Крыма и том, на что готова обменять сохранность своих капиталов часть верхушки РФ, в интервью «Апострофу» рассказал российский политолог и публицист Андрей Пионтковский.

— Американская сторона отказала Владимиру Путину в официальной встрече на саммите АТЭС во Вьетнаме. Чем продиктовано такое решение администрации Дональда Трампа?

— Трамп в очень тяжелом положении. Его уже с достаточным основанием обвиняют в излишней мягкости и симпатиях по отношению к Путину. Он действительно за время своего президентского срока ни разу не отважился на какую-либо критическую оценку Путина. И о чем бы они там ни договорились, американским истеблишментом это рассматривалось бы как еще одно доказательство странной привязанности Трампа к Путину. Поэтому он ничего не мог получить от этой встречи.

Но, если вы следите за московской пропагандой, то они уже как большую победу подали рукопожатие Трампа и Путина во время церемониального фотографирования и не исключают возможности какой-то беседы между ними за сегодняшним официальным обедом (разговор состоялся в пятницу вечером, беседа президентов США и России была очень краткой, а Кремль в итоге опубликовал их общее заявление по Сирии, — «Апостроф»). Возможно, они побеседуют и в субботу. Но это агония кремлевской спецоперации «Наш Трамп». Она оказалась очень большой ошибкой со стороны Кремля. Если бы победила Клинтон, то все закончилось бы очередной перезагрузкой. Во всяком случае, отношение США к путинскому режиму было бы гораздо более доброжелательным. А откровенная игра на стороне Трампа мобилизовала подавляющее большинство военно-политического истеблишмента США.

И на сегодняшний день, я уже говорил это и вашему изданию, на российско-украинском направлении Трамп и Тиллерсон, орденоносец дружбы, отстранены от какой-либо инициативы и власти. Американскую позицию в отношении Украины артикулирует Курт Волкер, и вы ее прекрасно знаете. Так что, собственно, Трамп и Тиллерсон – не игроки в вопросе Украины.

— Не стоило ли Трампу официально встретиться с Путиным и попытаться продвинуть украинский вопрос, чтобы заставить российского президента пойти на какие-либо уступки?

— Трамп не может просто так изменить свою позицию. Существуют какие-то объективные причины того, что Трамп два года (в частности, еще до своего президентства во время предвыборной кампании, — «Апостроф») повторял одно и то же – как хорошо было бы улучшить отношения с Россией. А теперь в процессе расследования вылезает все больше фактов определенной зависимости Трампа от Путина.

А сейчас, во-первых, таким языком Трамп не осмелится говорить с Путиным, а, во-вторых, он и не нужен для серьезного разговора с Путиным. Такой разговор ведут с Путиным другие люди и, прежде всего, Конгресс США, принявший закон о персональных санкциях против всего российского руководства, который в эти дни активно наполняется содержанием. Этот список воздействует на сознание кремлевских обитателей гораздо больше, чем любые заявления Трампа, которого всерьез уже никто не воспринимает.

— США собираются выделить 350 миллионов долларов на предоставление Украине военной помощи. Но прозвучала и другая интересная цифра – о выделении почти 5 миллиардов долларов на поддержку позиций НАТО в Европе для «противостояния российской агрессии». В Кремле как-то среагируют на то, что против российской агрессии выделяются такое колоссальные деньги?

— Ключевым поворотным пунктом была конференция по безопасности США, состоявшаяся 20-22 июля. Там впервые очень четко прозвучали слова о том, что Путин практически объявил гибридную войну против Запада и, прежде всего, против США. И все участники конференции единогласно говорили о том, что им не остается ничего, кроме как принять эту гибридную войну и нанести Путину поражение. И все, что происходит после этой конференции – это и закон о санкциях, и 350 миллионов в бюджете на 2018 год на Украину, и финансирование противостояния российской агрессии в Европе, и защита НАТО, прежде всего, прибалтийских стран и Польши, в отношении которых постоянно проводятся провокации – все это является реализацией решения американского истеблишмента.

Запад, как всегда, очень медленно собирается, но уж как собрался, то проводит свою политику достаточно решительно. То же самое было в 30-х годах прошлого века: сколько уступали Гитлеру западные державы? Ну, и Путину удавалось хулиганить в течение многих лет – в Грузии, в Украине. А сейчас Волкер озвучивает жесткие тезисы, за которыми с трудом поспевает украинское руководство. Теперь вопрос за украинской властью – будет ли у вас, в конце концов, принят закон об оккупированных территориях (президентский закон по Донбассу, — «Апостроф»), в котором присутствуют те формулировки, которые Волкер уже давно озвучивает и повторяет.

— Вместе с тем, способна ли Россия на агрессию против Европы? Или у Кремля нет такого ресурса?

— У Кремля никогда не было ресурса, а были наглость и политическая воля. И пока Путину не сопротивлялись, он эту агрессию осуществлял. Может быть, Запад мобилизовало сопротивление Украины, у которой оказалась армия (которой не было весной 2014 года). Путин же первые поражения потерпел как раз в Украине. Где сейчас «русский мир», где «Новороссия»? Это же были вполне реальные планы – оккупация десятка украинских областей. А вся «Новороссия» закончилась вот этим огрызком под названием «Лугандония» (оккупированные районы Донецкой и Луганской областей, — «Апостроф»).

При сегодняшнем настрое Запада никаких шансов для расширения своей агрессии у Путина нет. На повестке дня стоит вопрос о его отступлении. И очень серьезные процессы ведутся внутри российской политической верхушки. Большинство настроены на то, чтобы как-то наладить отношения с Западом. Ведь выяснилось, что размеры активов, которые российская верхушка держит в США, по оценке американского Национального бюро экономических расследований, составляют один триллион долларов. Вот сейчас они и думают в Москве, как одновременно сохранить один триллион ворованных денег, Донбасс с Крымом и власть. Это серьезная и в принципе неразрешимая задача для Кремля – от чего-то придется отказываться.

— И от чего откажутся в Кремле в первую очередь?

— Судя по настроениям реалистов, которые понимают, что Путин зарвался, такая мечта – они готовы уйти с Донбасса, если Запад закроет глаза на Крым. При этом позиция Запада однозначная – «мы никогда не признаем аннексию Крыма». Но США 40 лет не признавали аннексию Прибалтики, поддерживая нормальные отношения с Советским Союзом.

То есть они хотели бы уйти с Донбасса, сохранив Крым, и за это они хотят, чтобы с них сняли санкции, сохранив свой триллион. Вот такая мечта у кремлевских реалистов.

Но есть и бешеные во главе с самим Путиным, которые не готовы на эту уступку. Это с одной стороны.

А, с другой стороны, я не уверен, согласится ли на это Запад, и уверен, что на это не согласится Украина. Так что положение там тяжелое.

— То есть ситуация решится в январе-феврале, когда начнут действовать санкции против кремлевской верхушки?

— Тут совпало два процесса. Наполняется именами закон о санкциях, и члены путинской мафии решают вопрос – оставлять ли им своего пахана еще на 6 лет. Все же понимают, что основной задачей пахана было обеспечение безопасности этих активов. А теперь становится ясно, что он не только не обеспечивает безопасность, а, вполне возможно, что из-за его авантюристической внешней политики они потеряют свои активы.

Эти два процесса имеют практически одни временные сроки, так что в ближайшие два-три месяца многое прояснится.

— Говоря об Украине, в США уже довольно громко делают заявления о миротворцах, появилась цифра в 20 тысяч «голубых касок», которые США планируют задействовать на Донбассе. Привлечение миротворцев поменяет ситуацию на оккупированных территориях Донецкой и Луганской областей?

— Речь идет не просто о числе. Важно, будут ли миротворцы контролировать российско-украинскую границу. Я думаю, что при живом Путине — я имею в виду не физически, дай Бог ему здоровья, а при живом Путине политически — Кремль никогда на это не согласится.

— Но, если миротворцы, согласно украинско-американского сценария, зайдут на всю оккупированную территорию, к чему это приведет?

— Эта позиция будет серьезно обсуждаться в Москве, если там решат, что Путина нужно заменить другой фигурой. То есть это шаг к тому промежуточному решению, что следующая власть в Москве будет готова уйти с Донбасса.

— Соответственно, серьезной военной эскалации ждать не стоит?

— Нет. Военная эскалация просто невозможна. Малейшее какое-либо движение к Мариуполю, не дай Бог – это немедленное предоставление Украине летального оружия и приведение в действие других санкций, например, отключение России от системы SWIFT. У Запада еще есть достаточно большой арсенал санкций.

Кстати, в последнее время появились какие-то утечки, а военный бюджет Пентагона это предусматривает, что Белый дом готов предоставить Украине оружие уже сейчас, даже без эскалации.

А военная эскалация — не исключаю, что группа сумасшедших, которые считают Путина недостаточно жестким, могут пойти на какую-то попытку, но это просто обречено.

Сейчас на повестке дня то, что я всегда называл гибридной капитуляцией – найти такую формулу для Москвы, которую Запад принял бы как капитуляцию, а собственному населению по телевизору можно было бы продать как очередную победу.