Сто лет назад, когда толпа оборванцев ворвалась в Зимний и начала убивать, крушить, жечь и гадить. А потом покатилось по всей империи, оттуда разлилось по миру.

И вот сейчас, спустя сто лет, нам снова оттуда же, из е*аной колыбели революции, притаскивают те же лозунги и те же идеи.
Отнять и поделить.
Не самому стать богатым, а убить богатого.
Не вкалывать без продыху, заработать на машину, дом, отдых — а лишить этого тех, кто сумел заработать.
И ненавидеть, ненавидеть, ненавидеть…

Это там, в загнивающих европах и америках, на успешных равняются, с ними соревнуются, на их примере показывают детям, как можно и нужно подниматься на вершины.
У нас норовят с вершины стянуть за фалды, сбросить, оплевать и растоптать.
Там таких людей называют self-made man, у нас — барыгами.

Только ведь это все не наше, не украинское.
У нас всегда любили и уважали заможних і працьовитих.
Всегда!
Щоб велике обійстя, повна комора, годована худоба, ситі діти і файна газдиня.

Но так было ровно до тех пор, пока к нам не пришли в буденовках, с маузером в деревянной кобуре и оловянными глазами сорвавшегося с катушек, вечного бухого в сопли лузера, лентяя и садиста.
Пришли оттуда, где детям читают сказки о 3,14оватом Емеле и Илюше, не встающем с печи, ибо нехрен с нее вставать, когда и так лежать хорошо.

Оттуда, где до сих пор посреди огромной площади стоит зиккурат, а внутри него истлевший пиджак с опарышами, как символ пролетарской классовой ненависти.

Пришли и отняли все, включая национальную гордость, вместо нее поселили страх, лень и зависть.
Каждая ленивая свыня, хрюкающая про зубожіння и барыг, — родом оттуда, из страны Пиджака с Опарышами.

«Да, я не люблю пролетариат» ©

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениям