Всего несколько лет назад, земля в Конче Заспе, что находится за южной окраине Киева, стоила столько, что ни Калифорния, ни Флорида не могли угнаться за этой ценой. Надо заметить, что это была цена предложения, ибо те, кто потом там настроил замков, дворцов и прочего не покупали ее по рыночной цене, а находили другие варианты приобретения. Теперь уже мало кому взбредет в голову покупать там что-то за миллионы, когда дешевле купить что-то на теплых берегах Испании или Франции.

Эта местность территориально относится к Обуховскому району Киевской области, а географически – находится между северной окраиной самого Обухова и южной окраиной Киева. Те, кому доводилось ездить из Киева в Обухов на автомобиле, перед развязкой на въезде, слева от дороги, могут и сейчас наблюдать промышленные строения, в виде цехов. При совке там строился и так и не был достроен Обуховский биохимический завод. Там успели запустить пару производств ферментов, но основные цеха были укомплектованы оборудованием процентов на 70-80, после чего все остановилось.

Ирония судьбы тут в том, что пройди завод пуско-наладку и приступи к выпуску основной продукции, в Конче Заспе земля даром никому не была нужна, и вот почему.

В совковые времена редкие промышленные предприятия имели собственное название, а если имели, то это было нечто непременно «красное» или «ленинское». «Красное знамя», «Ленинская кузня» или «Красная часть тела Ленина». Были и заводы, название которых как бы намекало о начинке. Например, в Каунасе, был завод «Пяргале» — победа. Вроде бы кроме рек Неман и Нерис город не имел обширных водоемов, но на заводе точили винты и что-то еще для подводных лодок. Но чаще всего, это были безликие названия, где присутствовало что-то машиностроительное. Там почти наверняка делали оружие. А подчинялись эти заводы министерству с расплывчатым названием, наподобие «толстого машиностроения». Ничего про пушки и пулеметы нет ни в названии завода, ни в названии министерства.

Но самые мрачные места и вовсе не имели никаких названий, ибо стояли в закрытых городах, наподобие «Свердловск-19» и множества других. Но часть таких предприятий маскировались под что-то полезное и находились в густозаселенных местностях. Практически все биохимзаводы совка изначально проектировались как центры производства биологического оружия. Совок вообще был очень продвинутым, в этом отношении. Работы по созданию боевого биологического оружия начались почти сразу после окончания гражданской войны. В начале 20-х годов уже начались работы над производством особо агрессивных рецептур сибирской язвы, оспы, чумы и других болезней. Совок тогда был в роли изгоя, и его не интересовали этические и юридические аспекты этого вопроса. При этом закрытое общество легко глотало любые засекречивания и не лезло в дела военных, а вот военные – легко вмешивались в жизнь собственного населения.

Сохранились докладные записки ведущих микробиологов совка, в которых они утверждают, что испытание боевых рецептур на людях не более опасно, чем испытание сильных медицинских препаратов. При соблюдении всех мер предосторожности никаких неприятностей быть не должно. Мало того, они авторитетно заявляли о том, что испытания биологического оружия на животных не дает нужной картины работы рецептуры, а потому – испытания на людях – необходимый этап работ. Понятно, что изначально холера, чума и другие вещи испытывались на зэках. Оно и понятно, речь идет о замкнутой популяции, к тому же – ее легко сегментировать на отдельные группы.

Понятно, что самые первые испытания проводились в монастырях, превращенных в застенки. Одни из первых испытаний прошли на Соловках, а потом и в других подобных местах. Изолированность объекта была очень большой удачей для исследователей. Но случались заражения и самого персонала предприятий и лабораторий. Они стали регулярными после того, как произошло случайное заражение одного из сотрудников боевым штаммом сибирской язвы. Поскольку все произошло в стенах режимного объекта, оборудованного всем необходимым, то изучение течения болезни было организовано мгновенно и выяснилось, что в процессе заражения исходный носитель мутировал и дал более интересную, в военном отношении, форму. То есть, в теле еще живого человека сибирка получила новые свойства. Этот феномен потом использовался регулярно и задокументированы десятки, если не сотни случаев единичного заражения сотрудников предприятий.

Но случались и массовые выбросы в атмосферу боевых рецептур. Окрестности Аральского моря могли бы рассказать много интересного, в этом плане. Поскольку это было внутреннее море совка, то на одном из его островов был оборудован испытательный полигон, где испытывались уже не просто рецептуры, а боеприпасы, снаряженные биологической начинкой. Понятно, что на открытой местности случались всякие неожиданности и ветер заносил аэрозоли на территории, заселенные гражданскими лицами.

Но и в больших городах шла активная работа по созданию именно боевых рецептур для биологической войны. Сибирскую язву изначально готовили в Москве. Там же ее испытывали на животных, в специально оборудованных котлованах. После фиксации всех параметров работы боеприпаса погибших животных прямо в котловане заливали формальдегидом, а сверху – известью, после чего – накрывали слоем грунта.

Никто не предполагал, что через несколько десятков лет режим строгой секретности проглотит места захоронений и они просто потеряются. А ведь сибирка в спорах может ждать своего часа сотни лет. По воле случая, в Москве еще не раскопали такой могильник или не пробили его сваями при строительстве. Как только это произойдет, москвичи об этом сразу узнают. Как только начнут вымирать целые кварталы, им станет понятно, что 48 часов назад кто-то таки нашел один из подарков, оставленный так ими любимым совком. Если эти строки читают москвичи, то мы можем им порекомендовать громко петь «Славься отечество», кричать «Путин введи» и усиленно осенять себя крестным знаменьем, при первых признаках заболевания. По описанием, это можно будет делать примерно сутки, а потом уже будет не до этого. Так что – надо успеть.

Со временем, исследовательские центры биологического оружия расползлись по всему совку. Их количество вплотную подобралось к сотне. Жители Тобольска, тюменской области, могут порадоваться тому, что их город стал специализироваться именно на сибирской язве. Наверняка, там имеются соответствующие могильники и прочие замечательные места, а организованный в Новосибирске «академгородок» стал не только прибежищем теоретиков ядерного оружия, но и практиков оружия биологического. Там проводились, а скорее всего – проводятся и сейчас, интересные эксперименты по распространению биологических субстанций в общественном транспорте. Правда, для этого используют безопасные микроорганизмы, но как знать, как знать?

https//i1.wp.com/defence-line.org/wp-content/uploads/2017/12/original.jpgМежду прочим, еще со времен совка был известен некий отряд 731, в составе Квантунской армии Японии. Начиная с 1936 года, то есть, спустя 15 лет после начала активных работ по созданию биологического оружия в совке, на оккупированной территории нынешнего Китая, в Мачжурии, была создана закрытая зона для нужд военных. Она была полностью автономной и имела даже собственный аэродром. Для внешнего мира, как и в совке, было придумано нейтральное название, примерно такого вида: «Главное управление по водоснабжению и профилактике». Но для нужд водоснабжения там было установлено две электростанции, несколько артезианских скважин, а на аэродроме размещались истребители, имевшие приказ сбивать все, что окажется в небе, не согласованное с руководством «отряда», также туда была проложена отдельная железнодорожная ветка. Кроме того, отряд имел 4 отдаленных полигона, расположенных недалеко от совковой границы.

О деятельности отряда известно чуть больше, чем о совковых старших товарищах, ибо Япония проиграла войну, и можно было предавать гласности зверства японских военных. Там было от чего содрогнуться, ибо отряд практиковал еще и разработку боевых отравляющих веществ. Но вот что интересно, набор отравляющих газов и возбудителей смертельных болезней был уж очень подозрительно схож на то, чем занимались военные ученые в совке.

Казалось бы, где Япония и где совок, тем более – была же знаменитая битва при Халхин Голе. Но тут не все так просто. На самом деле, это совковая мифология раздула из той битвы вселенский масштаб, японцы к нему относились как к пограничному инциденту и не более.

Кроме того, что японцы не замечены в трагических описаниях этого мероприятия, за эту точку зрения выступает география, и как не странно – Георгий Жуков. В его мемуарах и в других источниках десятки раз обыгрывается момент, когда Жуков докладывал Сталину итоги операции. Мы опустим пафосные места, и обратим внимание только на один момент. Сталин спросил Жукова о том, что там было самое трудное, и Жуков ответил, что самым трудным были вопросы снабжения. Любая географическая карта прямо говорит о том, что патологический лжец Жуков именно здесь сказал правду.

Действительно, для совка это был отдаленный ТВД и самые простые потребности войск закрывались путем длинного транспортного плеча по пустынной местности. Причем, переброска велась из самых слабо заселенных районов совка, граничащих с Монголией. Резкое обострение боевых действий было бы смертельным для всей совковой группировки просто потому, что совковая транспортная система не позволяла перебросить большие массы войск и имущества во вменяемые сроки.

С другой стороны, на территории японского варианта «ДНР» в Китае, уже стояла почти миллионная сухопутная армия, и ей вообще ничего не стоило смести не только монгольскую группировку совка, но и дойти до Урала. Так что победа Жукова стала возможной лишь потому, что Япония позволила это.

Далее. Сразу после Халин-Гола, Япония подписала шикарный договор о нейтралитете, который устроил обе стороны. Но с совком – все понятно. Он никогда не мог обеспечить оборону своего Дальнего Востока и Сибири, просто еще не было желающих захватить его. А вот какой интерес был у японцев? Они не могли не понимать, что совок не составляет для них угрозы. Японцы даже не хотели влазить в Монголию. Это была не агрессия, а именно разное понимание того, где должны стоять пограничные столбики.

Тут надо понимать, что в совке происходило примерно то же самое, только гриф секретности никто не снимал, и, наверное – не снимет. А отряд 731 – автор около 200 тыс. трупов китайцев, обеспеченных только чумными бомбами. В общем, россияне больше оперировали сибирской язвой, а японцы – чумой, хоть не брезговали и всем остальным. Но на конец войны они вывели штамм возбудителя чумы, в 40 раз более вирулентный, чем тот, что встречается в природе. А всего запасов бактерий, которые наработал отряд, было уже столько, что если бы их распылить в атмосфере Земли, то человечество гарантированно вымерло бы.

В Японии все это было закончено с крушением Империи, а большая часть наработок – уничтожена, как уничтожены оставшиеся подопытные и даже часть персонала. Но это – официальная версия. Известно, что часть материалов таки всплыла в США. Якобы, их прихватил с собой руководитель отряда – Сиро Исии. Но как там было на самом деле – не известно, ибо эту местность захватили совковые войска, а эта тема всегда была под «двумя нулями». В любом случае, совок имел больший опыт и куда большую производственную и исследовательскую базу. Просто небольшое описание того, что было у японцев, дает слабое представление о совковых «достижениях». Кстати, в 90-х, в определенных кругах российских военных и ученых упорно ходили слухи о манипуляциях с вирусом Эболы, якобы – успешными.

Но это была речь об исследовательских центрах и полигонах. В промышленных же масштабах все это должны были производить и производили именно биохимзаводы. Обуховский – не исключение. Лет 20 назад, автору пришлось посмотреть на склад «запорной арматуры» — реакторов, сборников, вентилей и прочего, привезенного из Югославии, ГДР и откуда-то еще, все красивое, блестящее и умно упакованное. Так вот, на вопрос, заданный одному из ведущих инженеров о том, зачем тут столько этой красоты, тот спокойно ответил, что все это нужно было для производства биологического оружия.

Слава богу, там не успели ничего такого запустить, но в РФ работы не прекращались и после падения совка. Даже в бедные 90-е там колдовали над сибиркой и чумой, а в нулевые – процесс только ускорился. Лично меня очень тревожит карта размещения войск РФ у наших границ. Довольно крупная группировка разворачивается в районе Белгорода, а там, в Шебекино – работающий биохимзавод, где – да, были и есть режимные мощности.

А что бы остальные тоже не забывали о том, что такое совок и что такое – нынешняя РФ, стоит задуматься еще над тем, что ракетная программа КНДР имеет целью не только доставку до цели ядерного оружия, но и биологического. Наверное, вопрос о том, откуда там взялись и эти технологии – задавать излишне.

Скажем так, недавно мы стали свидетелями утечки радиоактивного рутения с давно работающего ядерного предприятия «Маяк» в РФ. До этого, в различных местах совка происходили выбросы других радиоактивных элементов, отравляющих газов, а непонятные и загадочные эпидемии говорили о том, что произошел выброс бактерий, используемых для производства соответствующего биологического оружия. Перед ними были бессильны гражданские медики до тех пор, пока на место не прибывали военные. Только с их помощью удавалось локализовать эпидемию.

Но вот в КНДР не слышно о таких случаях. Это значит, что там эти работы велись не с нуля, а начаты уже с высокого технологического уровня, который был достигнут в другом месте. Если об источнике ядерных технологий можно спорить и попеременно тыкать то в РФ, то в КНДР, то с биологическим оружием Китай, с его огромным и плотным населением, играться точно не будет. Тем более – не передаст его патологическому придурку Ыну.

В общем, тут всем есть о чем задуматься.

anti-colorados

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениям