«Все одинаковые» и «ничего не меняется» – это не диагноз, а исповедь. Люди всего лишь рассказывают нам о том, как они устроены.

[the_ad id=»8425″]Общество перестает быть жизнеспособным в тот момент, когда уровень цинизма в нем начинает зашкаливать. В этот момент оно распадается, перестает реагировать на внешние раздражители. Потрясение любого масштаба не вызывает в нем коллективного чувства: ни скорби, ни единения, ни солидарности. Общество атомизируется, начиная состоять из отдельных людей, между которыми нет никаких нитей. И в этот момент с этим обществом можно делать все что угодно.

​«Все одинаковые» – это формула единства в разобщенности. Тот, кто так говорит, всего лишь пытается найти оправдание собственной инертности. Он выступает адвокатом лени и беспринципности, нежелания выходить из зоны комфорта и что-то менять. Люди без идеалов с ее помощью отказывают другим в их наличии.

Рассуждения о том, что «ничего не меняется» – это исповедь. Цинизм – это ценностная концепция, идея которой состоит в отрицании высших мотивов у человека. Она основана на неверии в лучшее в человеке, на принятии в расчет только худшего в нем. И в каждом конкретном случае это не более чем проекция своего внутреннего мира на окружающую реальность.

Ирония в том, что неверие в ценности – это главное содержание и современной России. Той самой, которая не устает повторять, что ложь и обман – это альфа и омега мирового устройства. Что Россия в этом смысле не нарушает правила и не переходит красные черты, а всего лишь поступает наравне с остальными. Потому любой упрек по поводу Крыма, борьбы с несогласными или лицемерия о Донбассе она парирует условной формулой «сам дурак».[the_ad id=»8431″]

Оптика «зрады» в том, что нормой объявляется ее нарушение. Высшей добродетелью – разочарование. Эдакий циничный прищур свысока в тот момент, когда кто-то пытается говорить о преодолении. Мол, «знаем – плавали», «ничего не меняется», «тут так заведено». И каждый подобный высокомерный вердикт напоминает явку с повинной.

Потому что человек слаб и судит о других по себе. Свои взгляды и убеждения он воспринимает как норму и мерку, по которой оценивает остальных. А потому для него «меняться» мир начинает лишь тогда, когда он сам делает что-то новое. Что-то, что выносит его за границы привычного. Что-то, что меняет его представление о базисе.

[the_ad id=»8425″]Описание окружающего мира – это зеркало собственных ощущений. То, как человек описывает реальность – это отражение его внутреннего устройства. У сложного человека мир сложный, у легкого – легкий, у доброго – отзывчивый, у скупого – коварный.

И потому, если вы слышите «ничего не меняется» – значит перед вами стоит человек, который не меняется. Пусть себя не обобщает.

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook а также к каналу в Telegram и следите за обновлениям

Павел Казарин