История дочери знаменитого поэта и музы знаменитого писателя, умершей от голода в коммунистической Москве.

Шёл март 1919 года. В коммунистической Москве умирала от голода старуха.

[the_ad id=»8425″]В принципе, ничего неожиданного или тем более необычного в этом не было. Слова «коммунизм» и «голод» постоянно идут рядом.

Да и в том году в Москве от голода умерло немало людей. Особенно вот таких, старых, беззащитных, бездетных.

Старуху звали Марией, и умирала она тяжело. Смерть от голода всегда тяжела. Одна радость: от слабости иногда случаются галлюцинации. Тогда старухе становилось легче.

В галлюцинациях приходили старые, давно мёртвые люди, говорили о старых, давно забытых делах, событиях, именах. Вот бал у императрицы – всё горит огнями, драгоценностями, наряды полыхают, полыхают чувства. Она тогда ещё не была старухой – нет, конечно нет: она тогда была молода, красива, благородна. Вот она смотрит на императорскую чету, вот она флиртует с офицерами: фрейлина самой государыни, красивая, образованная, да ещё из такой семьи – завидная невеста!..

…Семья. Вот отец. Когда он погиб, ей было всего пять лет – но она помнила, хорошо помнила. Ему поставили памятник в Москве – не сразу, конечно, позже, намного позже. Она часто приходила к памятнику, смотрела на него целыми часами, пытаясь вспомнить теплоту его рук, нежность слов. Но не могла. Слишком, слишком много времени прошло. Эх, память…[the_ad id=»8431″]

…Мама. Мама пережила папу на много лет, вышла замуж за генерала – как и она сама – но была несчастлива. Все говорили, что именно она виновата в смерти мужа. Оскорбления, перешёптывания, травля… Но всё уже закончилось. Мама умерла. И все её дети, родные братья и сёстры Марии, тоже мертвы. Они иногда тоже приходят к ней, старухе, когда она бредит от голода. Но редко, как и мама. Чаще – отец. Слезает с постамента, тянется к ней бронзовыми, позеленевшими руками.

Тогда она просыпается.

Иногда в бреду приходит муж. В виске – аккуратная дырочка от пули. Муж, генерал-майор, был обвинён в хищении денег, и он не выдержал позора – застрелился. В записке написал, что прощает врагов, тех, кто оболгал. Он мог простить – но она не простила. Враги, впрочем, тоже давно мертвы. А муж иногда приходит. Стесняясь, натягивает головной убор пониже, чтобы закрывать висок, но струйка крови, смешанной с частичками мозгов и черепной коробки, всё же стекает вниз по щеке, напоминая: ты умер, муж.

И быстро умер. Эх, Леонид, Леонид, муженёк. Всегда был везуч…

[the_ad id=»8425″]…Теперь она в Туле, снова молода, красива. Дом какого-то генерала, вроде бы. А может, полковника? Эх, память… «В чёрных волосах, своих без примеси, была маленькая гирлянда анютиных глазок и такая же на чёрной ленте пояса между белыми кружевами. Причёска её была незаметна». А дальше-то как? «…Была незаметна…», а потом что-то ещё про волосы, и про нитку жемчуга… Эх, запамятовала, дура старая! Надо бы перечитать в книге, да силы нет. Тогда она познакомилась с ним, с писателем, в генеральском доме. Видный был мужчина – ещё довольно молодой, но умён, умён!.. Вон, на полу лежат тома: «Левъ Толстой»; и дотянутся бы, перечитать тот отрывок, который он с меня писал, да нету сил. Ни на что нет сил. Хватило б воли умереть, как говорят.

Бронзовые руки. Позеленевшие от времени. Папа, папа, забери меня. Пора.

Пора.

Мария Александровна Гартунг, урождённая Пушкина, дочь великого поэта, прообраз Анны Карениной в романе Льва Толстого, умерла от голода в коммунистической Москве 7 марта 1919 года.

Юрий Гудыменко