Чтобы выиграть — для начала нужно не проиграть.

Это — главное условие.

И, похоже, украинцы увидели это в фильме про Дюнкерк.

Конечно, для многих эта спокойно ошеломительная кинолента британского режиссера Нолана стала настоящим откровением. Потому что шли на боевик-экшн, а увидели историю людей, которые просто хотят спастись. Спастись в безнадежной ситуации 1940 года. Когда были разбиты Польша и Франция, а Советский Союз захватил вторую половину Европы.

Это потом будет битва за Британию, попытка 1942 года захватить плацдарм во французском Дьепе, битва за Северную Африку, высадка на Сицилии, и наконец, в Нормандии. И — победа.

Но все это будет потом. А в Дюнкерке у британских солдат нет еще и капли уверенности в том, что завтра немцы не высадятся на их Острове. Но они знают, что они не сложат оружие, для того, чтобы сохранить свои жизни. Они вернутся на Остров, чтобы продолжить борьбу.

Как ничего не знали про Славянск и его освобождение украинские военные в марте 2014 года. Как ничего не знали про Иловайск и Дебальцево. Но теперь мы — знаем.

И потому британский фильм про Дюнкерк — это про нас.

Потому что наш Крым — это наш Дюнкерк.

И наша война тоже началась как странная. И были окруженные россиянами украинские воинские части. И штурм казарм. И захват аэропорта и кораблей.

Украинцы увидели в Дюнкерке свою войну. Ту самую, которая началась в феврале 2014 года. Когда российская армия оккупировала Крым.

Потому что Дюнкерк — это про нас.

Потому что Крым — это наш Дюнкерк.

Только у украинцев не было авиации, которая прикрывала бы отход нашей армии.

У нас не было флота на материке, который бы отправили эвакуировать армию из Крыма. У нас не было премьер-министра, который пообещал бы в марте 2014 года биться на пляжах, на море и в небе.

Ничего этого не было.

Было только немного военных в Крыму, которые остались верны присяге.

А еще были люди. Самые обычные, гражданские люди. Которые поняли, что это никакие не маневры и не референдумы. А начало войны. И эти обычные люди помогали украинским военным продуктами и собирали деньги — чтобы оплатить автобусы и вывезти украинских военных на материк.

Среди этих людей были Сенцов и Шаймарданов. Первый осужден российскими оккупантами на 20 лет тюрем. Второй — пропал в мае 2014 года и так и не найден.

Наш Крым — это наш Дюнкерк.

Потому что для того, чтобы победить — сначала нужно выжить. И жить.

А иногда это сложнее чем умереть.

Особенно когда ты в Дюнкерке, и ты еще ничего не знаешь о том, что ты победишь.

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениями

Александр Янковский