В темной комнате мигают огоньки, гирлянда на елке, светодиоды отбрасывают вспышки на стены и потолок… Блым, блым, блым…

…Свист двигателя на высоких оборотах, меня мотает, цепляюсь изо всех сил, чтобы не свалиться под пулемет. Места для трех человек в бронежилетах и с оружием на скамейке БТРа явно маловато, хоть кто-то и рассказывал, что по пятнадцать человек ездили…

Тьма — выколи глаз, удивительно, как Хоттабыч ведет ласточку, но он, наверное, знает уже дорогу наизусть, столько рейсов сделал… и в триплексе начинает мерцать красным, отдельные вспышки, потом все чаще и чаще…

Резкий поворот вправо, понимаю, что свернули со взлетки, «ласточку» подбрасывает, кажется, летим, снова приземляемся, и снова подпрыгиваем. Бьюсь головой о потолок тесного отсека, еще раз… хорошо, что в каске. Без каски — труба…

Резко останавливаемся, «ласточка» качнулась. Пошли, кричит Хоттабыч, Костян ковыряется с дверью, дверь не идет, верхнюю половину откинули, нижняя во что-то уткнулась… Боком, цепляясь подсумками за проем и за решетки — и наверх, сбрасывать вещи.

Из темноты чей-то голос — «Быстрее, пошли, пошли, пошли» — ведет нас в тьму терминала, подсвечивая редкими вспышками фонарика. Блым — глаз выхватывает контур идущего спереди, мусор на полу, не наступить, не споткнуться… Блым — снова… И снова тьма, лишь то, что в свете вспышки застряло в мозгу… Тускло мерцает прямоугольник приоткрытой двери за прибитой шторой. Блым-блым-блым…

Андрей Шор

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениям