Четыре года подряд я говорил, что Донбасс будет находится в каком-то промежуточном статусе – типа Приднестровья. Потому что вернуть его безоговорочно Украине Путин не может без потери лица. Взять Донбасс под свой патронаж и в свою территориальную структуру безоговорочно он, опять же, не может, потому что это будет сопровождаться слишком серьезными издержками. Соответственно, теперь вопрос, в какой именно степени.

Не следует верить тому, что говорит Путин. Он делает одно, говорит другое и считает это абсолютно нормальным. Его слова, скорее, означают некоторую работу с общественным мнением. Он одновременно дает сигналы, что «присоединять» Донбасс не будем, и что украинских войск (на оккупированную часть востока Украины, — «Апостроф») не допустим, потому что будет резня. И самый главный сигнал – миротворческий: он хочет выступать миротворцем. Что вполне естественно, потому что за прошедшие с начала этой кампании три года Россия потерпела очень серьезные экономические поражения, и население это чувствует. Воевать дальше у Путина нет ресурсов – ни идеологических, ни политических, ни финансовых, ни даже военных.

Ему остается лишь маневрировать, что он и делает. Да, идет какая-то закулисная торговля с Соединенными Штатами. К сожалению для Путина, США хорошо поняли, что с ним надо вести себя примерно так, как с Ким Чен Ыном – договариваться бессмысленно, надо давить довольно жестко. У Путина очень слабые переговорные позиции: над ним нависает «Бук», который приехал из России (соответственно, кто-то подписал документ, отправляющий этот «Бук», из которого сбили Boeing MH17 летом 2014 года на Донбассе), нависают обвинения во вмешательстве в выборы в Европе и в США (и они делаются все правдоподобнее с каждым шагом)…

Сейчас его задача – как бы понемножку подготовить так называемые ДНР и ЛНР если не к тотальному сливу, то к какому-то поиску компромисса, главным образом с Западом. И он понемножку отступает, стараясь не делать этого слишком резко, потому что тогда возникнет когнитивный диссонанс. Потом нам (россиянам, — «Апостроф»), думаю, даже расскажут, что в «республиках» очень неэффективное управление, коррупция слишком большая – вот пусть и отваливаются к Украине. Глупее всего в этой ситуации, естественно, выглядят «патриоты» из ДНР и ЛНР.

Мне кажется, он понемножку начинает приучать общественное мнение, что, в общем, эта ноша россиянам не по карману, что мы вовсе не хотим убивать братский украинский народ. А чтобы остановить кровопролитие, нужно подключить иностранных наблюдателей. Но это все работа с общественным мнением.

Очень интересный и сложный вопрос, как будут реально договариваться Волкер с Сурковым. Потому что Волкер – человек, достаточно ясно понимающий, что теперь от Суркова мало что зависит. После того, как (экс-главаря так называемой ЛНР Игоря, — «Апостроф») Плотницкого, как бы «избранного всенародным голосованием» и подписавшего Минские соглашения, удивительно легко взяли и вышвырнули из ЛНР, и, к тому же, сразу выяснилось, что вокруг него было гнездо ядовитых наемников «укрофашистской хунты», любому человеку понятно, с кем договариваться – с тем, кто курирует этих самых лидеров ЛНР-ДНР (а они сидят на Лубянке), или с тем, кто от Кремля отвечает за минский процесс, и фамилия его — Сурков. Но его реальные полномочия и реальный контроль над происходящим вызывают все больше сомнений.

Ситуация делается все менее понятной и все более бесперспективной для того спектра электората, который воспринимает это в терминах патриотизма и борьбы за «русский мир».

Для Путина общественное мнение – объект глубокого и искреннего презрения. Он легко поменяет риторику и легко забудет, что говорил, в тот самый момент, как у него появятся реальные материальные возможности, чтобы держать эти территории под контролем. Поскольку они вряд ли появятся, то есть смысл ожидать смягчения риторики и подготовки общественного мнения к сливу. Но следить надо не за тем, что он говорит. А за тем, что делает и какими располагает ресурсами.

Никто не скажет, на каком этапе переговорного процесса будет найден компромисс. Наверное, он будет найден. Но еще десятилетия конфликт будет находиться в замороженном состоянии – Путин совсем не может уйти просто так, ему ДНР и ЛНР нужны как нарыв в теле Украины, но не в теле России. Поэтому он будет впихивать их формально в тело Украины, чтобы по возможности распространять вокруг заразу. Но ключевые позиции Путин хочет оставить за собой, или, скорее, за ФСБ.

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениям