В проект закона о реинтеграции Донбасса, который на этой неделе начнет рассматривать Верховная рада, внесено такое неимоверное количество поправок, что они фактически меняют его суть. Например, появилось немало пунктов, касающихся Крыма, а также поправки, которых в изначальном тексте проекта не было вовсе.

К примеру, у всех наших западных партнёров и правозащитных организаций вызывает большой скепсис введение в законопроект такого понятия, как зона безопасности, в которой нашим силовикам даются очень большие полномочия – вплоть до проникновения в жилища, изъятия автомобильного транспорта и тому подобные вещи.

С другой стороны, среди поправок есть очень позитивные моменты. Таковым я считаю ликвидацию свободной экономической зоны в Крыму. Но надо ли было это делать в тексте именно этого законопроекта? Я считаю, что нет. В Украине есть закон «О свободной экономической зоне» и менять нужно именно его. Потому что на сегодняшний день – это чистой воды коррупционная составляющая, позволяющая одному единственному человеку, Дмитрию Фирташу, зарабатывать сотни миллионов долларов на двух предприятиях – «Титан» и «Крымский содовый завод», – чью продукцию он поставляет за рубеж под маркой, якобы «произведено в Украине». А так как это свободная экономическая зона, то Фирташ не платит налоги в Украине.

Возвращаясь к проекту закона о реинтеграции Донбасса, то у меня складывается впечатление, что первоначальный вариант законопроекта, каким бы он ни был контраверсийным, но представлял собой единое целое. А после доработки всех поправок документ, вынесенный на рассмотрение парламентом, на мой взгляд, напоминает паззлы, которые сложно увязать в нечто единое.

Пока сложно говорить о том, будет ли принят закон в таком виде и как он отразится на ситуации в регионе. Я тоже считаю, что самый оптимальный способ решения конфликта – это введение миротворческой миссии ООН. Но при этом неоднократно говорил, что не разделяю залихватского оптимизма о скором введении миротворцев.

Существует определённый алгоритм принятия такого решения. Обязательное условие – это согласие России как члена Совета Безопасности ООН. Без этого реализовать проект нереально. То есть для начала нужно работать с Россией, чтобы добиться ее согласия. После этого начинается этап формирования миротворческих подразделений. Финансирования данной миссии –  достаточно серьезный и болезненный вопрос, это дорогостоящее предприятие. По моим оценкам, при самом оптимальном подходе понадобится не менее чем полтора года, чтобы реализовать этот проект. И это – при выполнении всех условий. А рассчитывать на то, что через 2-3 месяца на Донбасс войдут миротворцы, слишком безответственно. Пока не вижу оснований, чтобы России дала свое согласие в ООН. Поэтому все, что мы может делать в этой ситуации, это санкции и давление на Кремль. Других путей у нас нет.

Георгий Тука

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениям