То, что страны ведут разведку на территории других государств, вполне нормально, обыденно и даже правильно. Если бы такого не происходило, то возник бы вопрос «а за что получают деньги разведслужбы?» Так же нормально, когда разведки используют «журналистское прикрытие» — удобный формат.

Я не буду утверждать, что арестованный журналист (украинский журналист Павел Шаройко арестован белорусскими спецслужбами по подозрению в шпионаже. – ред) занимался разведывательной деятельностью, это вне моей компетенции. Но хочу отметить, что работа журналиста собирать информацию. В случае с украинским журналистом в Беларуси, в том числе информацию, касающуюся военной сферы — это интересует и редакцию и аудиторию. Это нормальная практика.

Ещё один из вариантов заключается в том, что Шаройко мог сотрудничать с полезными Украине негосударственными структурами, такими как, например, «Информационное сопротивление», «Информнапалм» или тот же «Миротворец». Все эти группы занимаются сбором информации, в том числе в формате, который соседние страны могут квалифицировать как сбор разведданных. Но, повторю, я не утверждаю, что украинский журналист так работал.

Вариантов множество.

Но вернемся собственно к журналисту Шаройко. Поскольку Украина находится в состоянии войны, то вполне естественно, что украинский журналист интересуется военный сотрудничеством Беларуси с другими странами. Но это не значит, что он разведчик. Дальше начинается несколько странностей. Например, журналист российского канала НТВ, который входит в пул российской пропаганды, предлагает украинскому журналисту купить какие-то секретные документы, которые якобы принадлежат Минобороны республики Беларусь. Согласитесь, какая-то странная схема попадания документов в руки журналиста.

Анализируя данную ситуацию, мне в глаза бросился один интересный комментарий МИД. Мол, через Беларусь уже пытались забросить фейковые документы о якобы опасности, исходящие из этой страны.

Дальше есть две версии развития событий. Журналист действительно купил эти документы и оставил их у посольства или же журналист их не купил, но был задержан белорусскими спецслужбами.

Возникает ещё один не менее интересный вопрос: как копии якобы «не купленных» документов попали в украинскую прессу. Если они подлинные (в чём сомневаются как белорусские так и украинские эксперты, даже господин Тымчук, опубликовавший сканы) и были купленные, странная утечка после обысков, изъятий. Либо утечка из украинского посольства. Или в Минске стоят киоски по продаже «документов с грифом секретно»? Если «не были куплены» как фейк, то вопросов ещё больше — каким образом они оказались в Украине и кому было так необходимо, чтобы данные сканы попали в прессу?

Следующий момент. Если верить белорусскому КГБ, позднейшим заявлениям Лукашенко и словам посол Украины в Республике Беларусь господина Кизима, посольство было информировано о случившемся и была достигнута договоренность, что данный случай не будет придан огласке. Это нормально при случае задержания разведчика. В прессу попадает пару слов, а дальше идет торг, и быстрый обмен. Но через три недели происходит утечка и в первые 24 часа после этого официальные лица как в Беларуси так и в Украине молчали — возможно был шок и думали «что делать». Факт остаётся фактом: первые сутки официальной реакции от обеих стран не было.

Но скандал набирает обороты и решить «по-тихому» проблему уже не представляется возможным. В украинской прессе поднимается волна с требованиями «жёстких мер», звучат претензии и к посольству Украины в Минске. С белорусской стороны идут регулярные видео от местного ГКБ с очередными «признаниями» Шаройко. Пока, слава Богу, у людей, способных решить проблему, нервы выдерживают.

Что будет дальше представить не трудно. Поскольку информация стала публичной, Шаройко в максимально короткие сроки (которые позволяет уголовно-процессуальные нормы) осудят. После чего возникнет возможность обмена – в Украине находится задержанный летом за шпионаж гражданин Беларуси (тогда обеим сторонам хватило ума не делать из истории медиа-событие). Дальше варианта три:

Простой обмен заключёнными, которые, в соответствии с межгосударственными договорами отправятся «отбывать срок» на Родине (где их, естественно, отпустят на волю).Тихий обмен без лишних формальностей — один заключённый на другого.Игра на публику, когда, например, Лукашенко на следующий день после вынесения приговора «помилует» украинца, а Порошенко в ответ сделает то же самое в отношении белоруса. Оба поедут на Родину уже как свободные люди.

Единственный минус состоит в том, что «игра в открытую» требует исполнения процессуальных норм. А это время на протяжении которого украинец Шаройко будет находиться в, мягко говоря, далеко не самых комфортных условиях белорусского СИЗО КГБ.

Игорь Тышкевич

Присоединяйтесь к группе Другой Взгляд на Facebook и следите за обновлениям